Сообщения
В послании послу США в Москве Чрезвычайному и Полномочному послу Соединенных Штатов Америки в Российской Федерации Джону Байерли председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата архиепископ Волоколамский Иларион высказал оценку касающемуся России разделу Доклада Государственного департамента США о религиозной свободе за 2009 год. Текст послания ниже приводится полностью.
Уважаемый г-н Байерли!
Отдел внешних церковных связей Московского Патриархата изучил раздел по России Доклада Государственного департамента США о религиозной свободе за 2009 год.
С удовлетворением хотелось бы заметить, что в настоящем документе учтены многие замечания, которые высказывались в связи с докладами прошлых лет. В частности, больше не говорится о том, что статус Русской Православной Церкви «приближается к государственному», как, например, указывалось в докладе за 2005 год. Обзор за 2009 год содержит информацию об актах вандализма в отношении православных мест поклонения, которая ранее не была отражена. Важно, что авторы доклада подчеркивают роль Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в деле продвижения религиозной свободы. Весьма отрадно, что доклад за 2009 год готовился, в том числе, с учетом данных, полученных в ходе консультаций с представителями Русской Православной Церкви. Эта практика не может не восприниматься положительно. Было бы желательно ее расширять и в будущем.
С другой стороны, хотелось бы высказать ряд конструктивных замечаний. Так, рассматривая церковно-государственные отношения в России, авторы доклада приходят к заключению, что Русская Православная Церковь более тесно сотрудничает с правительством, чем другие религиозные группы. В доказательство этого приводятся сведения о том, что у Церкви есть многочисленные соглашения о сотрудничестве с органами государственной власти. В связи с этим следует заметить, что партнерские отношения Церкви с государством вызваны реальными потребностями православных верующих, которых в России большинство. Это сотрудничество осуществляется не в ущерб представителям иных религиозных общин. Они не противоречат существующему законодательству и направлены на защиту конституционных прав верующих.
Соглашение – это лишь форма, в которую облекаются отношения социального партнерства, осуществляемого на благо всего общества. К сожалению, эти отношения были разрушены в советское время воинствующим безбожием. Теперь же в России пришло время руководствоваться не идеологией, какой бы она ни была, а интересами каждого человека и общества в целом. Русская Православная Церковь убеждена, что партнерские отношения с государством наиболее адекватно отвечают этой задаче. Было бы правильно оформить эти отношения на законодательном уровне. Сейчас ведется соответствующая работа, которая не противоречит конституционным основам российского государства. Важно также иметь в виду, что наша Церковь не претендует на роль единственного партнера государства. Ничто не должно мешать другим религиозным общинам страны налаживать конструктивные отношения с властными структурами.
Мы убеждены, что государство должно обладать правом выбора партнеров среди организаций, представляющих гражданское общество, для осуществления социально значимых функций. Эта практика широко распространена в Европе и вполне применима для российской действительности. Естественно, что партнерские отношения с государством предполагают некие преимущества, которым соответствуют дополнительные обязанности и ответственность. Полагаем, что такая модель церковно-государственных отношений доказала свою эффективность и не заслуживает критического отношения.
В докладе значительное внимание уделяется вопросу преподавания знаний о религии в школах. Эта тема рассматривается более подробно, чем в докладах за прошлые годы. Важно, что авторы доклада больше не исходят из ложной предпосылки, что в России возможно принудительное преподавание каких-либо религиозных предметов. Курс Основ православной культуры, за преподавание которого выступает наша Церковь, в строгом смысле не является религиозным предметом, а носит культурологический характер, и, тем не менее, мы выступаем за безусловную добровольность его изучения.
Сегодня в России предполагается упорядочить преподавание религиозной культуры, о чем Президентом Российской Федерации принято соответствующее решение. По завершении этой реформы каждый учащийся, причем не только православный, но и мусульманин, иудей и буддист, должен иметь гарантированное государством право изучать свою религиозную культуру в школе. При этом школьники, желающие изучать светскую этику или аналогичный предмет по их выбору, также получат эту возможность. Описание в докладе новых инициатив Президента вряд ли можно назвать корректным, несмотря на то, что информация о них была достаточно широко опубликована.
Рассуждая о присутствии Русской Православной Церкви в армии, больницах и тюрьмах, авторы доклада количественно сравнивают его с присутствием других религиозных общин. При этом не принимается во внимание, что православные верующие России (как и представители других традиционных религий) имеют право на духовную поддержку, проходя службу в армии, находясь за рубежом, в больнице или в местах лишения свободы. Естественно, что для обеспечения религиозных потребностей православного большинства требуется большее, чем другим религиозным общинам количество священников. Церковь вынуждена обеспечивать это право преимущественно своими силами и средствами.
В докладе осуждаются ограничения, которые налагаются на некоторые «новые религиозные движения». К сожалению, в документе не говорится о фактах, которые послужили причиной таких ограничений. В Церковь обращаются многие бывшие последователи упомянутых движений, которые получили психологические и моральные травмы, став жертвами мошенничества. Церковными и светскими реабилитационными центрами тратится много сил на то, чтобы эти люди вернулись к нормальной жизни, справились с суицидальными наклонностями, восстановили разрушенное семейное счастье. Поэтому за многими ограничительными мерами государства в отношении миноритарных религиозных групп чаще всего стоит забота о правах граждан и требования самих граждан. Более того, в большинстве стран мира, включая США, существуют общественные образования, которые критически оценивают деятельность этих групп, консультируя все заинтересованные стороны, в том числе государство. Нам известно, что в США ряд «новых религиозных движений», с недавних пор имеющих последователей и в России, сумели поставить себя в центр общественного внимания, а также возложить на американское внешнеполитическое ведомство особую заботу о своих интересах. В России эти организации пока не пользуются таким вниманием, и поэтому большинству российских верующих непонятно, почему непропорционально большая часть доклада посвящена проблемам данных движений.
Однако, даже принимая во внимание те сложности, которые возникают в ходе деятельности «новых религиозных движений», мы отвергаем бездоказательные попытки связывать ограничительные меры, которые предпринимаются в отношении них государством, исключительно с усилиями Русской Православной Церкви. К сожалению, в докладе есть примеры подобного подхода.
Несколько странной видится критика борьбы с экстремизмом, которая осуществляется в России компетентными органами, включая суды. Религиозный экстремизм, какую бы маску он ни надевал, единогласно отвергается традиционными религиозными общинами мира, включая российские. Именно экстремизм, грубо использующий врожденное религиозное чувство, лежит в основе международного терроризма, борьба с которым стоила жизни многим российским и американским военнослужащим. Нужно заметить, что Межрелигиозный совет России неоднократно высказывался по вопросу экстремизма, осуждая злоупотребления религиозной свободой и свободой слова, будь то антисемитизм, публикация карикатур на основателя ислама Мухаммеда или антихристианская выставка в Москве. В этом контексте представляется неоднозначной забота авторов доклада о правах сатанистов, культ которых связан с осквернением святых мест религий, обзор чего дается в докладе Государственного департамента США.
Документ Государственного департамента США указывает на то, что до революции 1917 года большинство храмов не находилось в собственности Русской Православной Церкви, бывшей тогда государственной Церковью. Действительно, у этого имущества был сложный правовой статус, который заслуживает отдельного изучения. Церковь не претендует на всю собственность, которой она так или иначе обладала до революции. Однако было бы странно утверждать, что имущество религиозного назначения, которое создавалось большей частью на пожертвования верующих, должно использоваться в каких-либо иных целях, чем богослужебные, или находиться у тех, кто не имеет к ней никакого отношения. Тотальное изъятие церковной собственности большевиками после революции 1917 года никак не может быть названо справедливым и законным, а потому не может считаться должным основанием для утверждений, что Церковь утратила свои права на него или вообще никогда таких прав не имела.
Кроме того, напомню, что Российская Федерация при присоединении к Совету Европы взяла на себя добровольное обязательство возвратить собственность религиозных организаций, которая была изъята коммунистическим режимом и нередко использовалась таким образом, чтобы при этом оскорблялись чувства верующих. Храмы переделывались под клубы, склады, конюшни, гаражи. И сегодня в Москве можно найти церковные здания, где работают увеселительные заведения. Полагаю, что вопрос о дореволюционном статусе церковного имущества и основаниях для его возвращения верующим должен быть более подробно изучен авторами будущих докладов, в чем мы готовы оказать всяческое содействие.
Считаю важной работу по подготовке обзоров по свободе совести в мире и России, которая осуществляется Государственным департаментом США. Призываю к тому, чтобы источники информации, которые используются для составления доклада, носили более диверсифицированный характер, а авторы документа вступали в более активное общение с представителями религиозных общин, а также широкого круга экспертных и неправительственных организаций, что придало бы этой работе более объективный характер и обеспечило рецепцию ее результатов народом России.
С уважением,
Председатель Отдела внешних церковных связей
Московского Патриархата
архиепископ Волоколамский Иларион
понедельник, 30 ноября 2009 г.
Русскому православию в Таиланде - 10 лет
На торжества в Бангкок и Паттайю отправится многочисленное представительство мирян и духовенства во главе с председателем отдела внешних церковных связей Московского патриархата архиепископом Волоколамским Иларионом
В конце декабря нынешнего года Русская православная церковь будет отмечать десятилетие своего присутствия в Таиланде. На торжества в Бангкок и Паттайю отправится многочисленное представительство мирян и духовенства во главе с председателем отдела внешних церковных связей Московского патриархата архиепископом Волоколамским Иларионом. Присутствие православия в Таиланде - очень ценно и значимо для русской церкви, тем более что становление и развитие этой конфессии в стране проходило совсем не просто.
До начала 21 века таиландское законодательство в сфере религии не предусматривало православие как отдельную христианскую конфессию. Однако в королевстве в середине 1990-х годов прошлого века собралась достаточно внушительная община православных верующих, причем не только россиян, но и граждан других стран мира. В декабре 1999 года на Священном синоде РПЦ было принято решение об открытии в Бангкоке Свято-Николаевского прихода. В 2001 году - после визита ныне Патриарха, а тогда еще митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, в Бангкоке был построен первый православный храм святителя Николая Чудотворца. Тогда же в Таиланд был отравлен и первый православный священник - игумен Олег Черепанин. Благодаря трудам которого православие в стране не только укрепилось и развилось, но и установило тесный диалог с религиозными конфессиями Таиланда, рассказывает представитель московского патриархата Дмитрий Петровский:
«Отец Олег провел в этой стране почти десять лет, выучил тайский язык. В настоящее время занимается переводами на тайский язык текстов как Священного писания, так и служебных документов Русской православной церкви. Его труды в значительной степени облегчают тайцам понимание православной веры и религии. Кстати, именно благодаря Олегу Черепанину, из числа православных тайцев были подобраны кандидаты на обучение в духовных школах Русской православной церкви в России. Один из них - иерей Даниил Ванн уже завершил курс обучения и сейчас является священником храма святителя Николая Чудотворца в Бангкоке».
Несмотря на активную миссионерскую деятельность священника Олега Черепанина, потребовалось около девяти лет упорных трудов и молитв, обращение в православие местных жителей - граждан Таиланда, чтобы, наконец, таиландские государственные власти в июне 2008 года разрешили зарегистрировать Православную Церковь в Таиланде в качестве общественной организации.
Сегодня православная община Таиланда, вместе с соотечественниками, верующими из других стран мира и местным населением составляет несколько тысяч человек. Однако до недавнего времени в стране был всего один приход в Бангкоке. В год десятилетнего юбилея РПЦ в Таиланде, Королевство сделало драгоценный подарок Русской церкви, разрешив возвести на своей территории еще один православный собор. Сегодня строительство церкви Во имя всех святых в Паттайе полностью завершено. Храм был полностью построен на средства верующих. Планируется, что собор будет освящен в ходе юбилейных мероприятий архиереями РПЦ 20 декабря.
Впрочем, продолжает представитель московского патриархата, за последний год, благодаря укреплению межконфессиональных и межгосударственных отношений России и Таиланда, количество православных общин в королевстве значительно увеличилось. С февраля 2008 года по ноябрь 2009 - их стало пять. «Уверен, что очень скоро Русская церковь будет достойно представлена в этом Королевстве», - говорит Дмитрий Петровский.
«В самом скором времени будет построен храм на острове Пхукет. Мы также ожидаем, что в недалеком будущем будут построены храмы и часовни на острове Самуй и городе Чагури недалеко от Бангкока. Так же нами приобретен участок для православного кладбища, что является тоже очень важным для наших верующих», - отметил Дмитрий Петровский.
Мы знаем, продолжает представитель московского патриархата, как для наших соотечественников и верующих вообще важно, находясь в другой стране, иметь возможности прийти и помолиться в свой храм своей конфессии. Русская православная церковь сегодня прилагает максимум усилий для того, чтобы всем православным было комфортно исполнять обряды своей веры, поддерживать русскую культуры и духовность вдали от Родины и чувствовать себя защищенными и незабытыми в чужой стране.
В конце декабря нынешнего года Русская православная церковь будет отмечать десятилетие своего присутствия в Таиланде. На торжества в Бангкок и Паттайю отправится многочисленное представительство мирян и духовенства во главе с председателем отдела внешних церковных связей Московского патриархата архиепископом Волоколамским Иларионом. Присутствие православия в Таиланде - очень ценно и значимо для русской церкви, тем более что становление и развитие этой конфессии в стране проходило совсем не просто.
До начала 21 века таиландское законодательство в сфере религии не предусматривало православие как отдельную христианскую конфессию. Однако в королевстве в середине 1990-х годов прошлого века собралась достаточно внушительная община православных верующих, причем не только россиян, но и граждан других стран мира. В декабре 1999 года на Священном синоде РПЦ было принято решение об открытии в Бангкоке Свято-Николаевского прихода. В 2001 году - после визита ныне Патриарха, а тогда еще митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла, в Бангкоке был построен первый православный храм святителя Николая Чудотворца. Тогда же в Таиланд был отравлен и первый православный священник - игумен Олег Черепанин. Благодаря трудам которого православие в стране не только укрепилось и развилось, но и установило тесный диалог с религиозными конфессиями Таиланда, рассказывает представитель московского патриархата Дмитрий Петровский:
«Отец Олег провел в этой стране почти десять лет, выучил тайский язык. В настоящее время занимается переводами на тайский язык текстов как Священного писания, так и служебных документов Русской православной церкви. Его труды в значительной степени облегчают тайцам понимание православной веры и религии. Кстати, именно благодаря Олегу Черепанину, из числа православных тайцев были подобраны кандидаты на обучение в духовных школах Русской православной церкви в России. Один из них - иерей Даниил Ванн уже завершил курс обучения и сейчас является священником храма святителя Николая Чудотворца в Бангкоке».
Несмотря на активную миссионерскую деятельность священника Олега Черепанина, потребовалось около девяти лет упорных трудов и молитв, обращение в православие местных жителей - граждан Таиланда, чтобы, наконец, таиландские государственные власти в июне 2008 года разрешили зарегистрировать Православную Церковь в Таиланде в качестве общественной организации.
Сегодня православная община Таиланда, вместе с соотечественниками, верующими из других стран мира и местным населением составляет несколько тысяч человек. Однако до недавнего времени в стране был всего один приход в Бангкоке. В год десятилетнего юбилея РПЦ в Таиланде, Королевство сделало драгоценный подарок Русской церкви, разрешив возвести на своей территории еще один православный собор. Сегодня строительство церкви Во имя всех святых в Паттайе полностью завершено. Храм был полностью построен на средства верующих. Планируется, что собор будет освящен в ходе юбилейных мероприятий архиереями РПЦ 20 декабря.
Впрочем, продолжает представитель московского патриархата, за последний год, благодаря укреплению межконфессиональных и межгосударственных отношений России и Таиланда, количество православных общин в королевстве значительно увеличилось. С февраля 2008 года по ноябрь 2009 - их стало пять. «Уверен, что очень скоро Русская церковь будет достойно представлена в этом Королевстве», - говорит Дмитрий Петровский.
«В самом скором времени будет построен храм на острове Пхукет. Мы также ожидаем, что в недалеком будущем будут построены храмы и часовни на острове Самуй и городе Чагури недалеко от Бангкока. Так же нами приобретен участок для православного кладбища, что является тоже очень важным для наших верующих», - отметил Дмитрий Петровский.
Мы знаем, продолжает представитель московского патриархата, как для наших соотечественников и верующих вообще важно, находясь в другой стране, иметь возможности прийти и помолиться в свой храм своей конфессии. Русская православная церковь сегодня прилагает максимум усилий для того, чтобы всем православным было комфортно исполнять обряды своей веры, поддерживать русскую культуры и духовность вдали от Родины и чувствовать себя защищенными и незабытыми в чужой стране.
суббота, 14 ноября 2009 г.
Геополитика от Патриарха: Царство Небесное vs «Русский мир»
Пока украинские политики спорят об очередной плате за газ, о следующем транше МВФ, ищут виновного в пандемии гриппа и делят остатки бюджета на текущий год, Москва устами предстоятеля РПЦ пытается рассказать о новом геополитическом проекте, призванном вдохновить и мобилизовать не только россиян, но и весь «русский мир», к «становому хребту» которого Московский патриарх, нисколько не сомневаясь, относит Украину. Даже тем, кто не склонен верить, что у московского первоиерарха на языке то, что у Путина в голове, стоит обратить внимание на доктрину Кирилла, хотя бы учитывая тот факт, что имперско-мессианская идеологемма «Москва — третий Рим, а четвертому не быть» была сформулирована в первой четверти XVI в. именно церковным мыслителем — старцем псковского Елизарова монастыря Филофеем. Эта формула стала краеугольным камнем идеологии «собирания русских (а позднее — и всех православных) земель» вокруг Москвы. Одной из первых жертв этого собирания в XVII в. стало Украинское казацкое государство.
К тому же своим видением возрождения «русского мира» как главного задания РПЦ (хотя бы на современном этапе истории) патриарх Кирилл поставил свою украинскую паству перед непростым выбором: становиться «русскими» или искать другую юрисдикцию для удовлетворения своих религиозных потребностей.
3 ноября Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев) выступил, по оценке официального сайта Московской патриархии, с «программной речью» на открытии ІІІ Ассамблеи «русского мира». Эта речь примечательна прежде всего тем, что в ней предстоятель самой большой поместной православной церкви в течение своего 25-минутного выступления ни разу не вспомнил Христа, только трижды — Бога и вместе с тем 38 раз повторил словосочетание «русский мир» — термин, который в контексте патриаршей речи звучит как геополитический концепт, мало связанный с церковным учением.
Из выступления Его Святости складывается впечатление, что глава Русской православной церкви стал преданным последователем теории столкновения цивилизаций Самюэля Хантингтона. К сожалению, первоиерарх РПЦ не объяснил миллионам верных своей Церкви, как эта контроверсионная теория может совмещаться с православной верой «в единственную, святую, соборную и апостольскую Церковь».
Также в речи патриарха ни слова не прозвучало ни о покаянии, ни о воскрешении из мертвых, ни о Страшном суде, ни о жизни в будущем. Зато «судьбоносными задачами» РПЦ в глазах московского первосвятителя является:
— обеспечить для русского мира «роль мощного игрока на мировой арене»;
— «сохранить ценности и образ жизни, которые ценили наши предки и ориентируясь на которые они создавали, в частности, и великую Россию»;
— «стать сильным субъектом международной глобальной политики».
Патриарх начал и завершил свое выступление именно этими тезисами. Естественно, возникает вопрос, а чем является для Кирилла І «русский мир» — центральный концепт его речи, выступающий в ее контексте самодостаточной и абсолютной ценностью?
Это прежде всего — общее «цивилизационное пространство», возведенное на трех столпах: 1)? православие, 2)? русская культура и особенно язык и 3) «общая историческая память и общие взгляды на общественное развитие». «Ядром», или «становым хребтом» «русского мира», или, как его еще называет Кирилл І, «исторической Руси», являются Россия, Украина и Беларусь.
Показательно, что вне географического и культурно-языкового критериев концепт «русского мира» в речи Московского патриарха является содержательно неопределенным. Кирилл І правильно утверждает, что в основе любой цивилизации должна лежать самобытная система «основополагающих духовных ценностей». Но эти оригинальные ценности «русского мира» так и остались неозвученными в выступлении московского первоиерарха. Все названные лидером РПЦ основополагающие сущностные атрибуты «исторической Руси» — например «любовь к Богу и ближнему, страх греха и порока, стремление к добру, святости и правде» или «преданность Богу, любовь к Родине, человеколюбие, справедливость, межнациональный и межрелигиозный мир, тяга к знаниям, трудолюбие, уважение к старшим» — являются априори универсальными, хотя бы в пределах христианской цивилизации.
Очевидно, что ради сохранения и развития этих общехристианских ценностей отдельный «русский мир» не нужен. Поэтому единственной ценностью, которая объясняет существование и ради которой существует (и должен существовать!) «русский мир», остается сама мифологизированная в патриаршей речи иррациональная «русскость». Русскость как православность, русскость как доминантная культура и язык, русскость как общая историческая память. Поскольку рациональных аргументов, почему украинцы, белорусы и (частично) Молдова должны преданно строить «русский мир», Его Святости явно не хватает, он на эмоциональном уровне апеллирует к ностальгии по имперскому величию, по «великой России», пытается ее максимально сакрализовать, прибегая к своему любимому апокрифическому высказыванию: «Русь, Украина и Беларусь — это и есть Святая Русь», — которое поздняя версия жития приписывает Лаврентию Черниговскому.
Как здесь не вспомнить тютчевский афоризм — «в Россию можно только верить». Но позволим себе не поддаться чарам красноречия московского первосвятителя и предложить рациональный анализ патриарших тезисов.
Во-первых, символично, что выступление Кирилла было приурочено ко Дню народного единства России — праздника в честь освобождения Москвы от «польских интервентов» в 1612 году. Ирония заключается в том, что в течение всей московско-польской войны 1605—1618 годов украинские казаки воевали на стороне Речи Посполитой. В частности во время похода на Москву польского королевича Владислава в 1618 году украинские казацкие отряды действовали под руководством украинского национального героя гетмана Петра Конашевича Сагайдачного, памятник которому стоит в центре Киева и в честь которого названа одна из центральных улиц. Сам этот факт разрушает миф о наличии у «наших» народов «сильного осознания непрерывности и преемственности русской государственной общественной традиции, начиная со времен Киевской Руси и завершая современными Россией, Украиной, Беларусью, Молдовой и другими странами исторического пространства Руси», и его веру в «общую историческую память» народов «Святой Руси».
Не будем говорить о других народах, но историческая память украинцев и россиян действительно нередко является памятью об одних и тех же событиях, но с противоположным знаком — победы одних были поражениями других и наоборот: от варварского разрушения в 1169 году Киева войском Андрея Боголюбского, сына основателя Москвы, через три столетия — почти перманентных войн против Московии в составе Великого Княжества Литовского и Речи Посполитой, от Конотопа, Полтавы, разрушения Запорожской Сечи —до Крутов и отчаянного сопротивления УПА «советизации-русификации» Западной Украины. Такую «общую историческую память» можно сравнить разве что с историей отношений Пруссии и Польши, отголосок которых до сих пор слышен в Европе, в частности в категорическом отказе Варшавы признать действие на своей территории Хартии основных прав Европейского Союза.
Кстати, Его Святость прибегает к другим историческим параллелям, приводя пример Британского Содружества наций, сообщества франко- и португалоязычных стран, ибероамериканского мира. Удивительно, но тем самым Московский патриарх невольно признает, что Украина была колонией России. Не лишне вспомнить в этом контексте, что все названные сообщества появились именно в результате колонизации соответствующих территорий и истребления или маргинализации автохтонных культур.
Слава Богу, Российской империи не хватило сил или времени, чтобы полностью колонизировать Украину, переселить аборигенов в резервации и сделать из них (то есть из нас) нечто наподобие индейских племен Канады или аборигенов Австралии и Новой Зеландии. Очевидно, помня, как «огнем и мечом» создавалась Великая Британия и какую цену за создание «британского (подчеркиваем — не английского!) мира» заплатили конституанты Объединенного Королевства, Ирландия сегодня не входит в состав Commonwealth, а возрожденное недавно шотландское правительство провозглашает отделение от Англии как свою стратегическую цель. Слава Богу, украинцам удалось избежать судьбы ацтеков и инков — цветущих цивилизаций, принесенных испанскими конкистадорами на алтарь создания «иберийского мира».
Но даже если на минуту забыть, какая цена заплачена за создание всех этих постимперских сообществ, сейчас невозможно представить, чтобы современные Бразилия и Ангола заботились о сохранении и развитии «португальского мира», Индия, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Южная Африка и ряд других прежних британских колоний отстраивали «британский мир», а разделенная между левыми и правыми Латинская Америка не жалела ресурсов и сил на развитие «испанского мира».
Следовательно, со всемирной историей и политической географией у спичрайтеров патриарха Кирилла не все в порядке. К сожалению, референты также выставили своего босса не слишком осведомленным в вопросах европейской интеграции. «Трансфер» суверенитета от национальных органов власти к европейским институциям — основополагающий механизм создания объединенной Европы. Поэтому утверждение главы РПЦ, что «современным европейским странам суверенитет не мешает строить теснейшие отношения, будучи членами Европейского Союза», выглядит как простое невежество. Невзирая на все преимущества объединенной Европы, ее изначально создавали как наднациональный проект, который предусматривал и предусматривает делегирование части национального суверенитета наднациональнымпанъевропейским институтам.
Основополагающая для будущего ЕС дискуссия продолжается именно вокруг вопроса, сколько суверенитетов следует оставить в национальных столицах, чтобы объединенная Европа оставалась «объединенной в разнообразии». Яркий пример такой дискуссии — последние заявления лидера британской оппозиции Дэвида Камеруна, обвинившего лейбористское правительство в передаче Брюсселю недопустимо большой части британского суверенитета, так сказать, через черный ход, поскольку лейбористы ратифицировали Лиссабонский договор в парламенте, не вынося вопрос на всенародный референдум. И Дэвид Камерун не одинок в своих опасениях и предостережениях. Президент Чехии Вацлав Клаус, например, заявил на днях, что со вступлением в силу Лиссабонского договора «Чехия перестанет быть суверенным государством».
Но вернемся от географии и истории к вопросам веры. Патриарх Кирилл утверждает, что россияне, украинцы и белорусы «духовно продолжают оставаться одним народом, преимущественно — чадами Русской Православной Церкви». Хочется верить, что предстоятель РПЦ не искажает преднамеренно статистические данные, что у него просто непрофессиональные советники, которые верят больше, чем знают. Социология фиксирует, что, при большой религиозности жителей Украины (по разным оценкам, от 75 до 90%), количество сторонников (даже не верных) УПЦ?(МП) в Украине составляет менее 19% населения и фактически тождественна количеству сторонников УПЦ-КП (без УАПЦ).
К сожалению, это неудивительно, поскольку, как утверждает московский первоиерарх, «Русская Православная Церковь выполняет миссию среди народов, принимающих русскую духовную и культурную традицию как основу своей национальной идентичности». То, что эта (как и любая другая имперская) традиция питалась из культуры «коренных» народов, и то, что украинцы были сотворцами чужой (Российской) империи, не вызывает никаких сомнений — так же, как не вызывает сомнений то, что без участия шотландцев никогда бы не появилась империя Британская. Поэтому нельзя не согласиться с утверждением патриарха Кирилла, что «русская культура — это явление, не укладывающееся в границы одного государства и одного этноса», но в то же время лукаво звучат слова первоиерарха, будто русская культура «не связана с интересами одного государства».
Для Украины российская культурная экспансия всегда означала прямо пропорциональную потерю национальной идентичности и национальной культуры: от введения обязательной сверки украинских церковных книг, напечатанных в Киево-Печерской лавре, с московскими оригиналами, запрета печатать любые другие книги 1720 года — из-за закрытия Киево-Могилянской академии в 1817 году, Валуевского циркуляра 1863 и Эмсского указа 1867 года, объявивших украинский язык вне закона, — до «расстрелянного возрождения» и лингвоцида ХХ века. Поэтому «навязчивый страх, что поддержка русской культуры может разрушить местную национальную культуру», присущий, по патриарху, «некоторым государствам бывшей единой страны», — только абсолютно естественный рефлекс на трагический исторический опыт, а не эксцессы национализма. Даже приведенных примеров достаточно, чтобы понять, насколько лицемерно звучат для украинского уха слова Кирилла о том, что «настоящей русской культуре чужд дух ксенофобии и шовинизма, а также подавление чужих культур».
Так же в Российской империи, а позднее — в Советском Союзе, было и с религиозной толерантностью («межрелигиозным согласием» и «почитанием веры других»), о которой говорит Московский патриарх. Достаточно вспомнить лишение Киевской Митрополии какой-либо автономии после ее присоединения к РПЦ во второй половине XVII в., насильственное поглощение части УАПЦ в 1939—1941 годах, ликвидацию силами МГБ и МВД Украинской грекокатолической церкви во второй половине 40-х годов ХХ века и тому подобное. Уместно вспомнить в этом контексте и то, что до 1906 года отступление от православия было в Российской империи криминально наказуемым деянием, а «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» в 1845 году специально посвящало отступлению от веры ни много ни мало 15 статей. О том, как не далее чем столетие назад РПЦ «огнем и мечом» проводила свою миссию среди «коренных народов», свидетельствует в своей замечательной книге «Из виденного и пережитого. Записки русского миссионера» новомученик архимандрит Спиридон (Кисляков).
Символично, что в своей речи патриарх Кирилл возвеличивает изоляционистский опыт «верности русской православной традиции» РПЦ за границей и замалчивает альтернативный путь открытости и раскрытия Западному миру истины православия, связанный с именами таких нерядовых фигур, как митрополиты Евлогий (Георгиевский) и Антоний (Блум), выдающиеся богословы ХХ века прот. Георгий Флоровский и Владимир Лосский, подвижники преп. Силуан Афонский и архимандрит Софроний (Сахаров). Хотя вряд ли такие акценты должны удивлять предстоятеля РПЦ: из его речи однозначно следует, что «Русская идеология» архиепископа Серафима (Соболева) намного более близка его сердцу, чем «Видеть Бога как Он есть» архимандрита Софрония (Сахарова) или «Мистическое богословие Восточной Церкви» Владимира Лосского.
Странным в устах патриарха кажется и аргумент об общности сонма святых как обоснование потребности «сохранять единство Русской Церкви» и, очевидно, «русского мира». Конечно, для любого православного немыслимо «противопоставить» преп. Сергея Радонежского и св. равноапостольного князя Владимира. Но не менее абсурдно противопоставлять святителя Николая Мирликийского чудотворца и Святителя Филарета (Дроздова) или святую великомученицу Екатерину и блаженную Ксению Петербургскую. Но из этого никоим образом не следует, что Египет (где бывала великомученица) или турецкая Анталия (на территории которой находятся остатки города Мира, столицы античной Ликии) принадлежат к «русскому миру».
Можно еще долго говорить о речи патриарха, но в этом нет необходимости. Она априори не предназначена для аналитического анализа — в нее «можно только верить». К тому же местами первосвятитель РПЦ был довольно откровенен. Подытоживая свое выступление, он говорит: «Независимые государства, существующие на просторах исторической Руси и осознающие свою общую цивилизационную принадлежность, могли бы продолжать вместе возводить русский мир как свой совместный сверхнациональный проект. Это означало бы, что страна относит себя к русскому миру, если в ней используют русский язык как язык межнационального общения, развивается русская культура, а также сохраняются общая историческая память и единые ценности общественного строительства».
Для Украины участие в таком «сверхнациональном проекте» означает только одно — завершение проекта «независимая Украина» как такового. В принципе, несмотря на многоразовое упоминание Украины и украинского языка, лидер РПЦ, очевидно, верит, что существование украинской нации — это какое-то историческое недоразумение, а поэтому, сознательно или неосознанно, выдает себя, говоря о «народе Руси» в единственном числе. Более того, патриарх Кирилл, приводя в своей речи перечень заграничных парафий РПЦ, прямо дает понять, что Украина — «не заграница». Также «ничтоже сумняшеся» московский первоиерарх причисляет Украину к странам с «доминирующей русской культурой». И пусть никого не вводят в заблуждение игра понятий «российский» и «русский» в патриаршем выступлении. Как он сам обмолвился, ориентация на «русские ценности» является следствием создания «великой России».
И последнее. Что побудило 16-го Московского патриарха и всея Руси выступить с такой контраверсионной речью, которая откровенно провоцирует раскол в Украинской православной церкви, поскольку ставит ее верных перед выбором: или становиться «русскими», или искать другую конфессию для удовлетворения своих «религиозных потребностей»? Страх! После распада СССР население России тает самыми быстрыми темпами в Европе. Если же не принимать во внимание российских мусульман, традиционно имеющих многодетные семьи, то уменьшение количества православных в РФ становится просто ошеломляющим. В частности это настоящий приговор эффективности миссионерской деятельности РПЦ, которая более 15 лет безраздельно господствует на просторах самой большой страны мира. Не называя настоящих причин, патриарх откровенно артикулирует свои фобии: «Самостоятельно даже самые крупные страны русского мира [читай — Россия] не смогут отстоять свои духовные, культурные, цивилизационные интересы в глобализирующемся мире».
Но захочет ли Украина (а также Беларусь и Молдова) поставлять «православную биомассу» для воссоздания или хотя бы сохранения «великой России»? И устоит ли после таких откровений своего предстоятеля УПЦ, которая до сих пор была наименее националистической церковью в Украине и этим привлекала к себе миллионы верных? По крайней мере, у тех, кто искал и ищет в Церкви Царство небесное, а не «русский мир», есть пища для размышлений и молитв.
http://www.zn.ua/1000/1550/67745/
К тому же своим видением возрождения «русского мира» как главного задания РПЦ (хотя бы на современном этапе истории) патриарх Кирилл поставил свою украинскую паству перед непростым выбором: становиться «русскими» или искать другую юрисдикцию для удовлетворения своих религиозных потребностей.
3 ноября Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев) выступил, по оценке официального сайта Московской патриархии, с «программной речью» на открытии ІІІ Ассамблеи «русского мира». Эта речь примечательна прежде всего тем, что в ней предстоятель самой большой поместной православной церкви в течение своего 25-минутного выступления ни разу не вспомнил Христа, только трижды — Бога и вместе с тем 38 раз повторил словосочетание «русский мир» — термин, который в контексте патриаршей речи звучит как геополитический концепт, мало связанный с церковным учением.
Из выступления Его Святости складывается впечатление, что глава Русской православной церкви стал преданным последователем теории столкновения цивилизаций Самюэля Хантингтона. К сожалению, первоиерарх РПЦ не объяснил миллионам верных своей Церкви, как эта контроверсионная теория может совмещаться с православной верой «в единственную, святую, соборную и апостольскую Церковь».
Также в речи патриарха ни слова не прозвучало ни о покаянии, ни о воскрешении из мертвых, ни о Страшном суде, ни о жизни в будущем. Зато «судьбоносными задачами» РПЦ в глазах московского первосвятителя является:
— обеспечить для русского мира «роль мощного игрока на мировой арене»;
— «сохранить ценности и образ жизни, которые ценили наши предки и ориентируясь на которые они создавали, в частности, и великую Россию»;
— «стать сильным субъектом международной глобальной политики».
Патриарх начал и завершил свое выступление именно этими тезисами. Естественно, возникает вопрос, а чем является для Кирилла І «русский мир» — центральный концепт его речи, выступающий в ее контексте самодостаточной и абсолютной ценностью?
Это прежде всего — общее «цивилизационное пространство», возведенное на трех столпах: 1)? православие, 2)? русская культура и особенно язык и 3) «общая историческая память и общие взгляды на общественное развитие». «Ядром», или «становым хребтом» «русского мира», или, как его еще называет Кирилл І, «исторической Руси», являются Россия, Украина и Беларусь.
Показательно, что вне географического и культурно-языкового критериев концепт «русского мира» в речи Московского патриарха является содержательно неопределенным. Кирилл І правильно утверждает, что в основе любой цивилизации должна лежать самобытная система «основополагающих духовных ценностей». Но эти оригинальные ценности «русского мира» так и остались неозвученными в выступлении московского первоиерарха. Все названные лидером РПЦ основополагающие сущностные атрибуты «исторической Руси» — например «любовь к Богу и ближнему, страх греха и порока, стремление к добру, святости и правде» или «преданность Богу, любовь к Родине, человеколюбие, справедливость, межнациональный и межрелигиозный мир, тяга к знаниям, трудолюбие, уважение к старшим» — являются априори универсальными, хотя бы в пределах христианской цивилизации.
Очевидно, что ради сохранения и развития этих общехристианских ценностей отдельный «русский мир» не нужен. Поэтому единственной ценностью, которая объясняет существование и ради которой существует (и должен существовать!) «русский мир», остается сама мифологизированная в патриаршей речи иррациональная «русскость». Русскость как православность, русскость как доминантная культура и язык, русскость как общая историческая память. Поскольку рациональных аргументов, почему украинцы, белорусы и (частично) Молдова должны преданно строить «русский мир», Его Святости явно не хватает, он на эмоциональном уровне апеллирует к ностальгии по имперскому величию, по «великой России», пытается ее максимально сакрализовать, прибегая к своему любимому апокрифическому высказыванию: «Русь, Украина и Беларусь — это и есть Святая Русь», — которое поздняя версия жития приписывает Лаврентию Черниговскому.
Как здесь не вспомнить тютчевский афоризм — «в Россию можно только верить». Но позволим себе не поддаться чарам красноречия московского первосвятителя и предложить рациональный анализ патриарших тезисов.
Во-первых, символично, что выступление Кирилла было приурочено ко Дню народного единства России — праздника в честь освобождения Москвы от «польских интервентов» в 1612 году. Ирония заключается в том, что в течение всей московско-польской войны 1605—1618 годов украинские казаки воевали на стороне Речи Посполитой. В частности во время похода на Москву польского королевича Владислава в 1618 году украинские казацкие отряды действовали под руководством украинского национального героя гетмана Петра Конашевича Сагайдачного, памятник которому стоит в центре Киева и в честь которого названа одна из центральных улиц. Сам этот факт разрушает миф о наличии у «наших» народов «сильного осознания непрерывности и преемственности русской государственной общественной традиции, начиная со времен Киевской Руси и завершая современными Россией, Украиной, Беларусью, Молдовой и другими странами исторического пространства Руси», и его веру в «общую историческую память» народов «Святой Руси».
Не будем говорить о других народах, но историческая память украинцев и россиян действительно нередко является памятью об одних и тех же событиях, но с противоположным знаком — победы одних были поражениями других и наоборот: от варварского разрушения в 1169 году Киева войском Андрея Боголюбского, сына основателя Москвы, через три столетия — почти перманентных войн против Московии в составе Великого Княжества Литовского и Речи Посполитой, от Конотопа, Полтавы, разрушения Запорожской Сечи —до Крутов и отчаянного сопротивления УПА «советизации-русификации» Западной Украины. Такую «общую историческую память» можно сравнить разве что с историей отношений Пруссии и Польши, отголосок которых до сих пор слышен в Европе, в частности в категорическом отказе Варшавы признать действие на своей территории Хартии основных прав Европейского Союза.
Кстати, Его Святость прибегает к другим историческим параллелям, приводя пример Британского Содружества наций, сообщества франко- и португалоязычных стран, ибероамериканского мира. Удивительно, но тем самым Московский патриарх невольно признает, что Украина была колонией России. Не лишне вспомнить в этом контексте, что все названные сообщества появились именно в результате колонизации соответствующих территорий и истребления или маргинализации автохтонных культур.
Слава Богу, Российской империи не хватило сил или времени, чтобы полностью колонизировать Украину, переселить аборигенов в резервации и сделать из них (то есть из нас) нечто наподобие индейских племен Канады или аборигенов Австралии и Новой Зеландии. Очевидно, помня, как «огнем и мечом» создавалась Великая Британия и какую цену за создание «британского (подчеркиваем — не английского!) мира» заплатили конституанты Объединенного Королевства, Ирландия сегодня не входит в состав Commonwealth, а возрожденное недавно шотландское правительство провозглашает отделение от Англии как свою стратегическую цель. Слава Богу, украинцам удалось избежать судьбы ацтеков и инков — цветущих цивилизаций, принесенных испанскими конкистадорами на алтарь создания «иберийского мира».
Но даже если на минуту забыть, какая цена заплачена за создание всех этих постимперских сообществ, сейчас невозможно представить, чтобы современные Бразилия и Ангола заботились о сохранении и развитии «португальского мира», Индия, Канада, Австралия, Новая Зеландия, Южная Африка и ряд других прежних британских колоний отстраивали «британский мир», а разделенная между левыми и правыми Латинская Америка не жалела ресурсов и сил на развитие «испанского мира».
Следовательно, со всемирной историей и политической географией у спичрайтеров патриарха Кирилла не все в порядке. К сожалению, референты также выставили своего босса не слишком осведомленным в вопросах европейской интеграции. «Трансфер» суверенитета от национальных органов власти к европейским институциям — основополагающий механизм создания объединенной Европы. Поэтому утверждение главы РПЦ, что «современным европейским странам суверенитет не мешает строить теснейшие отношения, будучи членами Европейского Союза», выглядит как простое невежество. Невзирая на все преимущества объединенной Европы, ее изначально создавали как наднациональный проект, который предусматривал и предусматривает делегирование части национального суверенитета наднациональнымпанъевропейским институтам.
Основополагающая для будущего ЕС дискуссия продолжается именно вокруг вопроса, сколько суверенитетов следует оставить в национальных столицах, чтобы объединенная Европа оставалась «объединенной в разнообразии». Яркий пример такой дискуссии — последние заявления лидера британской оппозиции Дэвида Камеруна, обвинившего лейбористское правительство в передаче Брюсселю недопустимо большой части британского суверенитета, так сказать, через черный ход, поскольку лейбористы ратифицировали Лиссабонский договор в парламенте, не вынося вопрос на всенародный референдум. И Дэвид Камерун не одинок в своих опасениях и предостережениях. Президент Чехии Вацлав Клаус, например, заявил на днях, что со вступлением в силу Лиссабонского договора «Чехия перестанет быть суверенным государством».
Но вернемся от географии и истории к вопросам веры. Патриарх Кирилл утверждает, что россияне, украинцы и белорусы «духовно продолжают оставаться одним народом, преимущественно — чадами Русской Православной Церкви». Хочется верить, что предстоятель РПЦ не искажает преднамеренно статистические данные, что у него просто непрофессиональные советники, которые верят больше, чем знают. Социология фиксирует, что, при большой религиозности жителей Украины (по разным оценкам, от 75 до 90%), количество сторонников (даже не верных) УПЦ?(МП) в Украине составляет менее 19% населения и фактически тождественна количеству сторонников УПЦ-КП (без УАПЦ).
К сожалению, это неудивительно, поскольку, как утверждает московский первоиерарх, «Русская Православная Церковь выполняет миссию среди народов, принимающих русскую духовную и культурную традицию как основу своей национальной идентичности». То, что эта (как и любая другая имперская) традиция питалась из культуры «коренных» народов, и то, что украинцы были сотворцами чужой (Российской) империи, не вызывает никаких сомнений — так же, как не вызывает сомнений то, что без участия шотландцев никогда бы не появилась империя Британская. Поэтому нельзя не согласиться с утверждением патриарха Кирилла, что «русская культура — это явление, не укладывающееся в границы одного государства и одного этноса», но в то же время лукаво звучат слова первоиерарха, будто русская культура «не связана с интересами одного государства».
Для Украины российская культурная экспансия всегда означала прямо пропорциональную потерю национальной идентичности и национальной культуры: от введения обязательной сверки украинских церковных книг, напечатанных в Киево-Печерской лавре, с московскими оригиналами, запрета печатать любые другие книги 1720 года — из-за закрытия Киево-Могилянской академии в 1817 году, Валуевского циркуляра 1863 и Эмсского указа 1867 года, объявивших украинский язык вне закона, — до «расстрелянного возрождения» и лингвоцида ХХ века. Поэтому «навязчивый страх, что поддержка русской культуры может разрушить местную национальную культуру», присущий, по патриарху, «некоторым государствам бывшей единой страны», — только абсолютно естественный рефлекс на трагический исторический опыт, а не эксцессы национализма. Даже приведенных примеров достаточно, чтобы понять, насколько лицемерно звучат для украинского уха слова Кирилла о том, что «настоящей русской культуре чужд дух ксенофобии и шовинизма, а также подавление чужих культур».
Так же в Российской империи, а позднее — в Советском Союзе, было и с религиозной толерантностью («межрелигиозным согласием» и «почитанием веры других»), о которой говорит Московский патриарх. Достаточно вспомнить лишение Киевской Митрополии какой-либо автономии после ее присоединения к РПЦ во второй половине XVII в., насильственное поглощение части УАПЦ в 1939—1941 годах, ликвидацию силами МГБ и МВД Украинской грекокатолической церкви во второй половине 40-х годов ХХ века и тому подобное. Уместно вспомнить в этом контексте и то, что до 1906 года отступление от православия было в Российской империи криминально наказуемым деянием, а «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» в 1845 году специально посвящало отступлению от веры ни много ни мало 15 статей. О том, как не далее чем столетие назад РПЦ «огнем и мечом» проводила свою миссию среди «коренных народов», свидетельствует в своей замечательной книге «Из виденного и пережитого. Записки русского миссионера» новомученик архимандрит Спиридон (Кисляков).
Символично, что в своей речи патриарх Кирилл возвеличивает изоляционистский опыт «верности русской православной традиции» РПЦ за границей и замалчивает альтернативный путь открытости и раскрытия Западному миру истины православия, связанный с именами таких нерядовых фигур, как митрополиты Евлогий (Георгиевский) и Антоний (Блум), выдающиеся богословы ХХ века прот. Георгий Флоровский и Владимир Лосский, подвижники преп. Силуан Афонский и архимандрит Софроний (Сахаров). Хотя вряд ли такие акценты должны удивлять предстоятеля РПЦ: из его речи однозначно следует, что «Русская идеология» архиепископа Серафима (Соболева) намного более близка его сердцу, чем «Видеть Бога как Он есть» архимандрита Софрония (Сахарова) или «Мистическое богословие Восточной Церкви» Владимира Лосского.
Странным в устах патриарха кажется и аргумент об общности сонма святых как обоснование потребности «сохранять единство Русской Церкви» и, очевидно, «русского мира». Конечно, для любого православного немыслимо «противопоставить» преп. Сергея Радонежского и св. равноапостольного князя Владимира. Но не менее абсурдно противопоставлять святителя Николая Мирликийского чудотворца и Святителя Филарета (Дроздова) или святую великомученицу Екатерину и блаженную Ксению Петербургскую. Но из этого никоим образом не следует, что Египет (где бывала великомученица) или турецкая Анталия (на территории которой находятся остатки города Мира, столицы античной Ликии) принадлежат к «русскому миру».
Можно еще долго говорить о речи патриарха, но в этом нет необходимости. Она априори не предназначена для аналитического анализа — в нее «можно только верить». К тому же местами первосвятитель РПЦ был довольно откровенен. Подытоживая свое выступление, он говорит: «Независимые государства, существующие на просторах исторической Руси и осознающие свою общую цивилизационную принадлежность, могли бы продолжать вместе возводить русский мир как свой совместный сверхнациональный проект. Это означало бы, что страна относит себя к русскому миру, если в ней используют русский язык как язык межнационального общения, развивается русская культура, а также сохраняются общая историческая память и единые ценности общественного строительства».
Для Украины участие в таком «сверхнациональном проекте» означает только одно — завершение проекта «независимая Украина» как такового. В принципе, несмотря на многоразовое упоминание Украины и украинского языка, лидер РПЦ, очевидно, верит, что существование украинской нации — это какое-то историческое недоразумение, а поэтому, сознательно или неосознанно, выдает себя, говоря о «народе Руси» в единственном числе. Более того, патриарх Кирилл, приводя в своей речи перечень заграничных парафий РПЦ, прямо дает понять, что Украина — «не заграница». Также «ничтоже сумняшеся» московский первоиерарх причисляет Украину к странам с «доминирующей русской культурой». И пусть никого не вводят в заблуждение игра понятий «российский» и «русский» в патриаршем выступлении. Как он сам обмолвился, ориентация на «русские ценности» является следствием создания «великой России».
И последнее. Что побудило 16-го Московского патриарха и всея Руси выступить с такой контраверсионной речью, которая откровенно провоцирует раскол в Украинской православной церкви, поскольку ставит ее верных перед выбором: или становиться «русскими», или искать другую конфессию для удовлетворения своих «религиозных потребностей»? Страх! После распада СССР население России тает самыми быстрыми темпами в Европе. Если же не принимать во внимание российских мусульман, традиционно имеющих многодетные семьи, то уменьшение количества православных в РФ становится просто ошеломляющим. В частности это настоящий приговор эффективности миссионерской деятельности РПЦ, которая более 15 лет безраздельно господствует на просторах самой большой страны мира. Не называя настоящих причин, патриарх откровенно артикулирует свои фобии: «Самостоятельно даже самые крупные страны русского мира [читай — Россия] не смогут отстоять свои духовные, культурные, цивилизационные интересы в глобализирующемся мире».
Но захочет ли Украина (а также Беларусь и Молдова) поставлять «православную биомассу» для воссоздания или хотя бы сохранения «великой России»? И устоит ли после таких откровений своего предстоятеля УПЦ, которая до сих пор была наименее националистической церковью в Украине и этим привлекала к себе миллионы верных? По крайней мере, у тех, кто искал и ищет в Церкви Царство небесное, а не «русский мир», есть пища для размышлений и молитв.
http://www.zn.ua/1000/1550/67745/
понедельник, 2 ноября 2009 г.
Цена «принуждения»
игумен Пантелеимон (Бердников)
30 октября 2009 г.
Свобода самоопределения — одно из тех качеств человеческой души, наличие которых Отцы Церкви считали признаком сообразности ее Богу. Всемогущий Бог, ограничивает Себя, уважая свободу сотворенных Им разумных существ, тот пресловутый «камень», сотворив который, Он не может поднять. Эти истины, похоже, очевидны для всякого христианина и не должны вызывать каких-то споров и разногласий. Однако полемика, возникшая по поводу публикации на Богослове.ru заметки о прошедшем в Московской духовной академии семинаре, заставляет думать, что не все так просто и побуждает прояснить ситуацию.
Семинар был посвящен методике проведения миссионерских бесед со взрослой невоцерковленной аудиторией. Некоторые положения, содержащиеся в выступлении участницы семинара, вызвали оживленную дискуссию в Интернете. Особенный ажиотаж произошел по поводу заявления о необходимости некоей сдерживающей силы или принуждения в организации подобного рода мероприятий, на что и было направлено острие развернувшейся полемики.
Итак, о «принуждении и об использовании административного ресурса» в миссионерской работе. Прежде всего, следует разделить две вещи: принуждение к информированию и навязывание сделать определенный выбор. Последнее недопустимо, греховно, да и практически невозможно. А первое? Тут не все так однозначно.
Любое обучение предполагает какие-то элементы принуждения. Пусть не заставляют студентов педагогических или медицинских институтов ходить на занятия и сдавать экзамены, а потом идите к ним лечиться и доверьте им учить ваших детей. А ведь многие из них захотели бы вместо учебы посидеть в закусочной, погулять, да и мало ли еще интересных дел у молодых людей. Видимо, не всегда одной сознательности достаточно.
Вспоминается, как один руководитель предприятия в нашем городе обратился с просьбой проводить с сотрудниками беседы на духовно-нравственные темы: дескать, воровать может меньше будут. И он задействовал административный ресурс – работникам было разрешено на час раньше заканчивать рабочий день. Он что, принуждал их принять Православие? Нет, он хотел только, чтобы они послушали наши выступления. Может быть, миссионеры просили его об этих льготах слушателям? Нет, это его инициатива и волевое решение. Или, может быть, нам следовало сказать директору: «Иван Иваныч, так нечестно. Вы не должны таким способом их поощрять, попирая бесценный дар свободы. Наоборот, пусть они работают до конца смены и еще сверхурочные». Не знаю, возможно, так принято на просвещенном Западе, но, по-моему в этом есть что-то имбецильное, мы до такого уровня либерального сознания еще не доросли.
Но там целью было повышение доходов предприятия. А на семинаре речь шла о людях, которым родители вверяют самое дорогое, что у них есть – души своих детей! Не думаю, чтобы родителям было совершенно безразлично, кто воспитывает и обучает их детишек и с кем они проводят большую часть дня 5-6 дней в неделю. Или это особа, гордо сознающая себя потомком обезьяны и имеющая своим жизненным кредо установку: «если Бога нет, то все дозволено», или же человек, получивший некоторые новые познания. Например, о том, что аборт – это не просто изгнание биомассы из организма женщины, а детоубийство со всеми вытекающими последствиями, и что привычные глазу из школьных учебников черепа питекантропа, гесперопитека, пилдаунского человека и им подобных – грубые подделки деятелей от науки и давно уже выброшены вон из Британского музея и что, оказывается, в Библии говорится: кто соблазнит одного из малых сих, тому такое будет – мало не покажется. На дошкольные и младшие школьные годы, по данным ЮНЕСКО (да и святитель Василий Великий говорит об этом), приходится львиная доля становления характера ребенка, формирования его мироощущения. Какие же высокие требования должны предъявляться к его воспитателям и учителям, уровню их образования, нравственному облику, культуре, даже манерам поведения. Я, например, сейчас довольно смутно представляю своих педагогов в институте или в старших классах школы, зато настолько ярче и отчетливее воспоминания о воспитательницах в детском саду и о первой учительнице. Здесь имеется ввиду даже не рассудочная память, а память сердца, душевные переживания.
Итак, о чем же говорила докладчица на семинаре? О том, что для нее удобнее, когда директор детского сада или школы хотя бы первое время организует посещение ее лекций по возможности большим числом сотрудников – и ничего более! Могла ли она заставить директора это сделать? Не было у нее таких возможностей и, думаю, желания. В каждом случае – это зависит от решения самого администратора и от его чувства ответственности за подчиненный ему коллектив и вверенных им детей. А Церковь здесь не причем.
Находясь в Троице-Сергиевой Лавре, часто сталкиваюсь с такой ситуацией, что за тобой буквально по пятам ходят мамы и папы с детьми-инвалидами, психосоматическими и нравственными, или люди, испытавшие различные удары судьбы, вопрошающие и принуждающие (курсив мой –и.П. ) тебя ответить на вопросы: почему это с ними случилось и что надо сделать, чтобы это исправить. Так вот, чтобы этого не происходило, я предпочитаю то принуждение, о котором шла речь на семинаре в МДА.
Несколько слов о самой заметке. Когда я открыл семинар, то был приятно удивлен, не услышав щелканья фотоаппарата – значит, думаю, нет корреспондента. Дело в том, что мы не очень любим трубить о своей деятельности и ее рекламировать. Однако я ошибся: корреспондент был и даже что-то конспектировал, а потом составил заметку и выложил ее на сайте МДА, не только не ознакомив с ее содержанием, но, даже не посчитав нужным поставить меня в известность. К сожалению, надо признать, со студентами это нередко случается. Сама лекция была довольно интересная, насыщенная живыми примерами и разнообразными нюансами. Между прочим, о принуждении было сказано вообще мимоходом, эта информация как-то растворилась в общем потоке. Выделенная же корреспондентом, она, конечно, сразу привлекла внимание. Я не говорю о том, что даже фамилия лектора была приведена с ошибкой. Поэтому все претензии относительно уровня статьи следовало бы адресовать не лектору, а автору-корреспонденту.
Кроме того, планируется продолжение встреч, где Элеонора Федоровна продемонстрирует некоторые свои лекции, предназначенные для педагогов. Многие частные детали, которых я сейчас не хочу касаться, так как о каждой можно было бы написать отдельную статью, несомненно, выяснятся в ходе обсуждения со студентами, чтобы это было не навязанная им со стороны методика, а выработанная в процессе живого общения и творческого решения.
И последнее. Поклониться надо этим безвестным труженикам на ниве сеяния слова Божия, а не кидать в них камни порицания. Они могут послужить примером многим молодым миссионерам и вдохновить на служение. Тогда как люди их поколения коротают часы у телевизора или за разговорами на лавочке у подъезда, они пытаются достучаться до сердец наших соотечественников. Опыт, которым они поделились с семинаристами, порой скучающими от голой теории и сухой схоластики, является апробированным, живым, уже принесшим добрые плоды, и многие не преминут им воспользоваться.
30 октября 2009 г.
Свобода самоопределения — одно из тех качеств человеческой души, наличие которых Отцы Церкви считали признаком сообразности ее Богу. Всемогущий Бог, ограничивает Себя, уважая свободу сотворенных Им разумных существ, тот пресловутый «камень», сотворив который, Он не может поднять. Эти истины, похоже, очевидны для всякого христианина и не должны вызывать каких-то споров и разногласий. Однако полемика, возникшая по поводу публикации на Богослове.ru заметки о прошедшем в Московской духовной академии семинаре, заставляет думать, что не все так просто и побуждает прояснить ситуацию.
Семинар был посвящен методике проведения миссионерских бесед со взрослой невоцерковленной аудиторией. Некоторые положения, содержащиеся в выступлении участницы семинара, вызвали оживленную дискуссию в Интернете. Особенный ажиотаж произошел по поводу заявления о необходимости некоей сдерживающей силы или принуждения в организации подобного рода мероприятий, на что и было направлено острие развернувшейся полемики.
Итак, о «принуждении и об использовании административного ресурса» в миссионерской работе. Прежде всего, следует разделить две вещи: принуждение к информированию и навязывание сделать определенный выбор. Последнее недопустимо, греховно, да и практически невозможно. А первое? Тут не все так однозначно.
Любое обучение предполагает какие-то элементы принуждения. Пусть не заставляют студентов педагогических или медицинских институтов ходить на занятия и сдавать экзамены, а потом идите к ним лечиться и доверьте им учить ваших детей. А ведь многие из них захотели бы вместо учебы посидеть в закусочной, погулять, да и мало ли еще интересных дел у молодых людей. Видимо, не всегда одной сознательности достаточно.
Вспоминается, как один руководитель предприятия в нашем городе обратился с просьбой проводить с сотрудниками беседы на духовно-нравственные темы: дескать, воровать может меньше будут. И он задействовал административный ресурс – работникам было разрешено на час раньше заканчивать рабочий день. Он что, принуждал их принять Православие? Нет, он хотел только, чтобы они послушали наши выступления. Может быть, миссионеры просили его об этих льготах слушателям? Нет, это его инициатива и волевое решение. Или, может быть, нам следовало сказать директору: «Иван Иваныч, так нечестно. Вы не должны таким способом их поощрять, попирая бесценный дар свободы. Наоборот, пусть они работают до конца смены и еще сверхурочные». Не знаю, возможно, так принято на просвещенном Западе, но, по-моему в этом есть что-то имбецильное, мы до такого уровня либерального сознания еще не доросли.
Но там целью было повышение доходов предприятия. А на семинаре речь шла о людях, которым родители вверяют самое дорогое, что у них есть – души своих детей! Не думаю, чтобы родителям было совершенно безразлично, кто воспитывает и обучает их детишек и с кем они проводят большую часть дня 5-6 дней в неделю. Или это особа, гордо сознающая себя потомком обезьяны и имеющая своим жизненным кредо установку: «если Бога нет, то все дозволено», или же человек, получивший некоторые новые познания. Например, о том, что аборт – это не просто изгнание биомассы из организма женщины, а детоубийство со всеми вытекающими последствиями, и что привычные глазу из школьных учебников черепа питекантропа, гесперопитека, пилдаунского человека и им подобных – грубые подделки деятелей от науки и давно уже выброшены вон из Британского музея и что, оказывается, в Библии говорится: кто соблазнит одного из малых сих, тому такое будет – мало не покажется. На дошкольные и младшие школьные годы, по данным ЮНЕСКО (да и святитель Василий Великий говорит об этом), приходится львиная доля становления характера ребенка, формирования его мироощущения. Какие же высокие требования должны предъявляться к его воспитателям и учителям, уровню их образования, нравственному облику, культуре, даже манерам поведения. Я, например, сейчас довольно смутно представляю своих педагогов в институте или в старших классах школы, зато настолько ярче и отчетливее воспоминания о воспитательницах в детском саду и о первой учительнице. Здесь имеется ввиду даже не рассудочная память, а память сердца, душевные переживания.
Итак, о чем же говорила докладчица на семинаре? О том, что для нее удобнее, когда директор детского сада или школы хотя бы первое время организует посещение ее лекций по возможности большим числом сотрудников – и ничего более! Могла ли она заставить директора это сделать? Не было у нее таких возможностей и, думаю, желания. В каждом случае – это зависит от решения самого администратора и от его чувства ответственности за подчиненный ему коллектив и вверенных им детей. А Церковь здесь не причем.
Находясь в Троице-Сергиевой Лавре, часто сталкиваюсь с такой ситуацией, что за тобой буквально по пятам ходят мамы и папы с детьми-инвалидами, психосоматическими и нравственными, или люди, испытавшие различные удары судьбы, вопрошающие и принуждающие (курсив мой –и.П. ) тебя ответить на вопросы: почему это с ними случилось и что надо сделать, чтобы это исправить. Так вот, чтобы этого не происходило, я предпочитаю то принуждение, о котором шла речь на семинаре в МДА.
Несколько слов о самой заметке. Когда я открыл семинар, то был приятно удивлен, не услышав щелканья фотоаппарата – значит, думаю, нет корреспондента. Дело в том, что мы не очень любим трубить о своей деятельности и ее рекламировать. Однако я ошибся: корреспондент был и даже что-то конспектировал, а потом составил заметку и выложил ее на сайте МДА, не только не ознакомив с ее содержанием, но, даже не посчитав нужным поставить меня в известность. К сожалению, надо признать, со студентами это нередко случается. Сама лекция была довольно интересная, насыщенная живыми примерами и разнообразными нюансами. Между прочим, о принуждении было сказано вообще мимоходом, эта информация как-то растворилась в общем потоке. Выделенная же корреспондентом, она, конечно, сразу привлекла внимание. Я не говорю о том, что даже фамилия лектора была приведена с ошибкой. Поэтому все претензии относительно уровня статьи следовало бы адресовать не лектору, а автору-корреспонденту.
Кроме того, планируется продолжение встреч, где Элеонора Федоровна продемонстрирует некоторые свои лекции, предназначенные для педагогов. Многие частные детали, которых я сейчас не хочу касаться, так как о каждой можно было бы написать отдельную статью, несомненно, выяснятся в ходе обсуждения со студентами, чтобы это было не навязанная им со стороны методика, а выработанная в процессе живого общения и творческого решения.
И последнее. Поклониться надо этим безвестным труженикам на ниве сеяния слова Божия, а не кидать в них камни порицания. Они могут послужить примером многим молодым миссионерам и вдохновить на служение. Тогда как люди их поколения коротают часы у телевизора или за разговорами на лавочке у подъезда, они пытаются достучаться до сердец наших соотечественников. Опыт, которым они поделились с семинаристами, порой скучающими от голой теории и сухой схоластики, является апробированным, живым, уже принесшим добрые плоды, и многие не преминут им воспользоваться.
воскресенье, 25 октября 2009 г.
ПАМЯТИ АРХИМАНДРИТА МАТФЕЯ
25 октября в 19.00, на 40 день после кончины архимандрита Матфея (Мормыля) в зале церковных соборов Храма Христа Спасителя состаялся концерт его памяти. Одним из организаторов концерта выступил Православный корпус движения «Наши». Концертный хор Троице-Сергиевой лавры под управлением диакона Василия, исполнил духовные песнопения. Также были показаны фото и видеозаписи архимандрита Матфея.
Свидетельство очевидца: Зал церковных соборов наполнялся быстро. Несколько раз на улице выстраивалась очередь, много было и желающих купить билет, потому как немногим удалось это сделать через экскурсионное бюро. "Отец Матфей дал направление, он сам был школой". Уставщик, инспектор по дисциплине, регент, приемная комиссия и прослушивание, педагог и композитор в одном лице. На концерте в память сорока дней по кончине архимандрита Матфея(Мормыля) вновь звучат имена великих Комарова и Трубачева. На двух больших экранах беззвучно возникают кадры из хроник, малоизвестные и знаменитые фотографии. На одной отец Матфей в окружении учащихся, на другой - во дворе корпуса МДАиС. http://beskoneshnyi.livejournal.com/
суббота, 24 октября 2009 г.
В Германии напали на русского православного священника
Москва. 21 октября. INTERFAX.RU – Нападение на православного священника Алексия Рыбакова совершено в немецком городе Бохуме.
В минувшее воскресенье трое неизвестных напали на клирика прихода Покрова Пресвятой Богородицы при постоянном представительстве Русской церкви в Германии, сообщает во вторник сайт Отдела внешних церковных связей Московского патриархата.
Когда священнослужитель вернулся после воскресного богослужения из Дюссельдорфа, он был остановлен неизвестными возле подъезда дома, в котором проживает с супругой и двумя детьми.
Отец Алексий был одет в рясу и держал в руке чемодан, в котором находились хлеб и вино для причастия. Нападавшие оскорбляли священника, один из них плюнул ему в лицо и несколько раз ударил его в грудь. Когда отец Алексий набрал по мобильному телефону номер полиции, нападавшие убежали.
Как сообщили в представительстве Русской церкви в Германии, отцу Алексию не впервые приходится выслушивать оскорбления в свой адрес в этом районе Бохума, где проживают в основном выходцы из мусульманских стран.
В минувшее воскресенье трое неизвестных напали на клирика прихода Покрова Пресвятой Богородицы при постоянном представительстве Русской церкви в Германии, сообщает во вторник сайт Отдела внешних церковных связей Московского патриархата.
Когда священнослужитель вернулся после воскресного богослужения из Дюссельдорфа, он был остановлен неизвестными возле подъезда дома, в котором проживает с супругой и двумя детьми.
Отец Алексий был одет в рясу и держал в руке чемодан, в котором находились хлеб и вино для причастия. Нападавшие оскорбляли священника, один из них плюнул ему в лицо и несколько раз ударил его в грудь. Когда отец Алексий набрал по мобильному телефону номер полиции, нападавшие убежали.
Как сообщили в представительстве Русской церкви в Германии, отцу Алексию не впервые приходится выслушивать оскорбления в свой адрес в этом районе Бохума, где проживают в основном выходцы из мусульманских стран.
В МОСКВЕ ПРОШЕЛ ВЕЧЕР ПАМЯТИ ПРОТОИЕРЕЯ ГЕОРГИЯ ФЛОРОВСКОГО
Вечер памяти протоиерея Георгия Флоровского (1893-1979) состоялся 20 октября в Москве в здании Традиционной гимназии. Организаторы вечера — исторический и богословский факультеты Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ) — посвятили его тридцатилетию со дня кончины выдающегося православного богослова ХХ века, философа и историка святоотеческого наследия и русской богословской мысли. Памятное мероприятие началось с литии: в домовом храме Традиционной гимназии студенты и преподаватели ПСТГУ молились об упокоении души отца Георгия, сообщает Патриархия.ру. Открывая вечер, директор Традиционной гимназии, декан исторического факультета ПСТГУ священник Андрей Постернак отметил, что богословское наследие протоиерея Георгия Флоровского еще не оценено в полной мере. Это и побудило два факультета известного православного вуза рассмотреть разные аспекты творчества отца Георгия. Отец Андрей напомнил основные вехи жизни священника, остановившись на его работе в Свято-Сергиевском институте в Париже и в Свято-Владимирской семинарии в Нью-Йорке. Упомянув о фундаментальных богословских трудах отца Георгия, декан подчеркнул, что известнейший богослов ХХ века не получил систематического богословского образования, был «самородком, самоучкой». Далее преподаватели ПСТГУ выступили с докладами, посвященными разным аспектам сочинений отца Георгия Флоровского. Так, сообщение Георгия Захарова «Тринитарные споры IV века в свете неопатристического синтеза протоиерея Георгия Флоровского» носило полемический характер: отдавая должное глубине богословского анализа отца Георгия, докладчик не во всем соглашался с ним. Говоря о «плодотворности и актуальности» подхода известного богослова, преподаватель ПСТГУ вместе с тем отмечал некоторую односторонность и «неполноту взглядов» отца Георгия, у которого, по словам докладчика, «неопатристический синтез в какой-то мере перевешивает собственно патристический», а некоторые наиболее интересующие отца Георгия проблемы (например, творение и искупление) затмевают собой все остальные. Протоиерей Георгий Васильевич Флоровский (1893—1979) — религиозный мыслитель, богослов и историк. Родился 28 августа / 9 сентября 1893 года в Елизаветграде. В 1916 году окончил историко-филологическое отделение Новороссийского университета (в Одессе). В 1919 году — приват-доцент кафедры философии и психологии. С начала 1920-х гг. — в эмиграции. В эти годы Флоровский стал одним из основателей евразийского движения, вместе с Н.С. Трубецким, П.Н. Савицким, П.П. Сувчинским и др. В 1923 году защитил в Праге магистерскую диссертацию «Историческая философия Герцена», преподавал на Русском юридическом факультете (1923–1926). Постепенно вошел в идейный конфликт с лидерами движения и, в конечном счете, порвал с евразийством после публикации статьи «Евразийский соблазн». В 1926 году Г.В. Флоровский переехал в Париж. С 1926 года — профессор кафедры патрологии Русского института богословия в Париже. Лекционные курсы по истории патристики стали основой двухтомного исследования: «Восточные отцы IV в.» (Париж, 1931) и «Византийские отцы V–VIII вв.» (Париж, 1933). В 1932 году принял сан священника. В 1948 году переехал в США. Участвовал в экуменическом движении, избирался в исполнительный комитет Всемирного Совета Церквей (1948). В 1948–1955 годах — профессор (с 1951 года — декан) Свято-Владимирской православной семинарии в Нью-Йорке. С 1956 года — профессор истории Восточной Церкви в Гарвардском университете. В последние годы жизни преподавал в Принстонском университете на отделении богословия и славяноведения. В основе богословской и философской позиции Флоровского лежит идея «неопатристического синтеза», возвращения к учению отцов Церкви. Такой путь, по его убеждению, предполагает восприятие и синтез метафизического содержания патристики с учетом современного философского опыта («Вперед — к отцам»). Этой установке Флоровский был верен и при рассмотрении истории русской религиозно-философской мысли в книге «Пути русского богословия» (1937). 14 томов собрания сочинений Флоровского издано в США. Протоиерей Георгий Флоровский скончался в Принстоне 11 августа 1979 года.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)